История Бутырок

В непосредственной близости с Бутырками со стороны Москвы находилось некогда село Сущево, принадлежавшее сыну Дмитрия Донского князю Юрию Дмитриевичу Звенигородскому и Галичскому. В то время каждый удельный князь получал в надел подмосковные села с прилегавшей к ним территорией. Их владения плотным кольцом окружали столицу, разделив ближайшее Подмосковье на сферы влияния. Князь Юрий, много сделавший для обустройства и украшения Звенигорода и Галича, счел себя оскорбленным, когда старший брат Василий Дмитриевич обошел его кандидатуру и завещал московский престол своему малолетнему сыну Василию. В развязавшейся впоследствии междоусобной войне войско, собранное Юрием Дмитриевичем, в начале 1434 г. одержало легкую победу. Он стал Великим князем московским, оставив в удел побежденному племяннику Ко¬ломну. Однако московское население открыто высказывало свою приверженность Василию II, и Юрий Дмитриевич вынуж¬ден был сам пригласить его обратно на московский престол. Военные действия вскоре возобновились, Юрий Дмитриевич вновь завладел престолом, и умер летом 1434 г. Великим кня¬зем московским. Василию II пришлось вести длительную борь¬бу против его сыновей. Захваченный в плен и ослепленный, он одержал победу с помощью верных московских бояр и в третий раз вернулся на престол, уже с именем Василий Тем¬ный (т.е. слепой). Село Сущево он в 1462 г. завещал сыну Юрию, получившему в удел город Дмитров.
Многие земли поверженных противников Василий Темный раздал боярам, поддержавшим его в войне. Видимо, благодаря этому, поблизос¬ти от села Сущева появилась довольно крупная боярская вотчина, цен¬тром которой было село Бутурлино. В 1560 г. оно упоминает¬ся в межевой грамоте как владение князя Петра Михайловича Щенятьева. Известный полководец, он попал в числе ряда бояр в опалу в 1565 г., был вынужден оставить семью и укрыться в стенах монастыря, но и там был разыскан и замучен опричниками Ивана Грозного. Его опустевшее имение, согласно писцовой книге 1573-1574 гг., оказалось за боярином Протасием Васильевичем Юрьевым, одним из организаторов опричнины и родственником первой жены Ивана Грозного — Анастасии Романовны Захарьиной-Юрьевой. Наряду с селом Рубцовым (позже известно как Покровское-Рубцово на реке Яузе) в его вотчине были записаны пустошь Бутурлино, «что было село Бутурлино Новое», деревня Бутурлино Старое, пустоши Новоселово, Шелепино и Гребневская.
Однако и новому владельцу не удалось удержаться при дворе Ивана Грозного. В 1575 г. опала обрушилась на Юрьевых. Протасий Васильевич был казнен по обвинению в государственной измене. Родной брат покойной царицы Анастасии — Никита Романович Захарьин-Юрьев средь бела дня подвергся нападению опричников, которые разграбили его городской двор. Позже Иван Гозный приблизил его к себе Захарьина, ввел его в число пяти советников будущего царя Федора Ивановича. Измай¬ловская вотчина боярина пополнилась селом Рубцовом, ко¬торое записано за ним в 1584 г. Видимо, в нее вошли и при¬надлежавшие к этому селу отдаленные пустоши.
После Никиты Романовича, умершего в 1585 г., остались пятеро сыновей, получившие по имени своего деда фамилию Романовых. Во время правления Федора Алексеевича они ока-зались ближайшими родственниками молодого, но безвольно¬го и слабого здоровьем царя. Старший из них, Федор Никитич, пользовался за свой ум уважением среди бояр и оказался слиш¬ком опасным соперником для Бориса Годунова, занявшего мос¬ковский трон. В 1601 г. он обвинил Романовых в злом умысле и учинил над ними жестокую расправу. Боярин Федор Никитич и его жена были насильственно пострижены в монахи, что закрыло для них возможность участия в государственной деятельности. Остальные братья были отправлены «в железах» в далекую ссылку. Трое из них погибли. Как утверждала молва, они были уморены голодом или задушены по приказу Бориса Году¬нова. Вернулся только Иван Никитич, приходившийся родствен¬ником Годунову, поскольку они были женаты на дочерях извес¬тного Малюты Скуратова. Но и после прощения он не мог подняться выше должности стольника.
Неизвестно, которому из сыновей завещал отец село Рубцово с пустошами, но в конечном счете единственным наследником его многочисленных имений стал Иван Никитич. При Лжедмитрии I Федор Никитич, получивший в монашестве имя Филарет, был удостоен звания митрополита Ростовского, а Иван Никитич возведен в бояре. Это не помешало И.Н. Романову затем верно служить царю Василию Шуйскому: он отличился победой над мятежником князем Масальским, а в 1608 г. состоял в Большом полку в сражении на Ходынке. Он остался в Москве и после того, как его старший брат в лагере «Тушинского вора» Лжедмитрия II был провозглашен патриархом всея Руси. Многие боярские фамилии в то время имели на всякий случай своих людей и в том, и в другом лагере.
Избрание на престол в 1613 г. юного Михаила Федоровича Романова было обусловлено не только тем, что он приходился по матери племянником, последнего «законного» царя, но и тем, что его отец, патриарх Филарет, пользовался популярностью среди бывших «тушинцев». Дядя царя, Иван Никитич, получил большое влияние при дворе. Именно в его владении впервые упоминается название «Бутырки» в писцовой книге 1623-1624 гг. В ней говорится: «за боярином Иваном Никитиным сыном Романовым ста¬ринная вотчина, что была Протасьевская вотчина Василье¬вича Юрьева, деревня Бутырки на суходоле, а в ней кресть¬ян: во дворе Ильюшка Данилов, прозвище Шалая, да дети его Семен да Митюшка; во дворе Федька Булгаков, во дворе бо¬быль Первуша Гаврилов»[1].
Ссылка на «Протасьевскую» вотчину имеет в виду писцо¬вую книгу 1573г. Но во владении П.В. Юрьева не было дерев¬ни с названием Бутырки. Была деревня Бутурлина, приписан¬ная к селу Рубцову на Яузе (близ современного Электрозаводского моста), от которого ее отделяло большое расстояние, к тому же занятое государственными и дворцо¬выми владениями: знаменитым селом Красным, Переяслав¬ской ямской слободой, старинными селами Напрудное и Сущево. Только обращение непосредственно к архивному источни¬ку, где вместе с деревней Бутырки перечисляются пустоши Бутурлине Новое, Новоселково, Шелепина и Гребневская, доказало идентичность Бутырок с бывшей деревней Бутурлине.
Бутырками называли обычно участки земли или деревню, отделенные чем-либо от центра владения. Возможно, это название бытовало в обиходе еще при П.В. Юрьеве по отно¬шению к удаленным от села Рубцова пустошам и деревне, а при И.Н. Романове стало официальным. Неизвестно, когда он стал владельцем этого имения, после смерти отца или кого-либо из братьев, погибших при Годунове. Малолюдный состав населения, отмеченный в сельце Бутырки в 1623 г., объясняется последствиями Смутного времени. Когда длительные войны сменились периодом мирного развития, внимание к хозяйству возросло. Многие городские жители, чтобы избавиться от гнета государственных налогов, стремились перейти под покровительство богатых землевладельцев. Закон запрещал принимать выходцев из города, но ближайшие родственники царя не считались с законом. Появляются новые пашенные крестьяне не только в Бутырках, но и в возрожденной деревне Бутурлино Новое, в вотчину боярина переселяются десятки «непашенных бобылей» — ремесленников и торговцев. В это время — в 1620-х гг. — строится деревянная церковь во имя Рождества Пресвятой Богородицы, а деревня получает официальное название «село Рождествено на Дмитровской дороге»[2]. Оно было описано в 1646 г., через 6 лет после смерти Ивана Никитича, при его сыне: «за боярином за Никитою Ивановичем Романовым село Рождественное на Дмитровской дороге, а в нем церковь Рождества Пресвятыя Богородицы деревянная, а у церкви двор — поп Михайло, двор дьяконов пуст, двор пономарь Кирюшка Дмитриев…»[3] Всего в селе было более 70 дворов, в них 120 человек. В поименном перечне для большинства бобылей, населявших Рождествено, указаны конкретные виды их промыслов — 28 различных специальностей. Здесь и мастера по обработке металла: кузнец, лопатник, колокольник, судовщик, серебряник, паникадильщик; по обработке кожи, шерсти и тка¬ней: сырейщик, уздник, сапожник, два шерстобоя, портной, два рукавишника, епанешник. Но особенно много встречает¬ся поставщиков пищевой продукции для горожан: четверо харчевников и столько же калашников, по трое мясников, жит¬ников и квасников.
Городские «черные» слободы облагались тяжелым и обре¬менительным налогом. Жители «белых» боярских слобод от¬делывались значительно меньшим оброком в пользу своего господина. Беглецы оказались в более выгодном положении по сравнению с посадскими людьми, продолжая беспрепят¬ственно сбывать товар в городе. Это подрывало хозяйство городских ремесленников, вызывало их возмущение, и во время Московского бунта в 1648 г. одним из главных требований стало уничтожение бо¬ярских «белых слобод». Под угрозой восстаний, прокативших¬ся по многим городам, царь и бояре были вынуждены пойти на уступки. В 1649 г. был созван земский собор с участием составителей от дворян, духовенства и посадских людей, который принял ряд новых законов, объединенных в Соборном Уложении. Среди них было и указание о розыске и возвращении в посады всех беглых людей, скрывавшихся от уплаты царских налогов. Бояре были вынуждены подчиниться этому требованию. Из Бутырок были выселены не только бобыли, но также и пашенные крестьяне. В вотчине Н.И. Романова осталась только церковь Рождества Пресвятой Богородицы, причт которой лишился всех своих доходов: «По государеву цареву… и Соборному Уложению тоя церкви прихожане отписаны на государя и вывезены к Москве в черные сотни» (объединения посадских людей со строгим списочным составом для уплаты налогов)[4]. Двое бывших крестьян из вотчины Н.И. Романова почти двадцать лет спустя, в 1667 г. записаны свидетелями при межевании земельных границ села уже в качестве жильцов Дмитровской сотни в Сущеве.
С возвращением в город крестьян и бобылей совпадает смерть боярина, после чего опустевшие Бутырки перешли в дворцовое ведомство. Вскоре они были заселены пленными поляками, которых насчитывалось 500 дворов. Большинство из них позже возвратились на родину после заключения мира с Польшей в 1656 г., а на их место переведен Московский солдатский полк — один из первых в России полков иноземного строя, рядовой состав которого набирался из рус¬ского населения. Память о его предшественниках сохрани¬лась до нашего времени в названиях Первой и Второй Панс¬ких улиц. Изображение Солдатской слободы на чертеже соседних земель Высокопетровского монастыря, составленном около 1670 г., показывает необычную для Москвы линейную застройку, характерную для военных поселений. Любопытно, что на этом чертеже церковь, в отличие от сохранившейся до нашего времени, показана в южной части слободы. Видимо, здесь находилась прежде деревня Бутурлино Старое, на месте которой впоследствии был образовано село Рождественное-Бутырки.
На средства Бутырского полка строится на новом месте в 1682-1684 гг. каменная церковь — величественный пятиглавый храм, с отдельно поставленной высокой колокольней, послуживший образцом для дальнейшего церковного строительства.
Бутырский полк был одним из лучших по военной выучке в русской армии XVII в. Его командиром был в 1687 Патрик Гордон, опытный военачальник, создавший в слободе школу для солдатских детей. Полк при¬нимал участие во многих походах и сражениях, в том числе и в Полтавской битве, в то время как в Бутырской слободе ос¬тавались солдатские жены с детьми и росло число безутеш¬ных вдов. В середине XVIII в. в слободе насчитывалось 262 двора военнослужащих, солдатских жен и вдов, а также 94 двора разночинных — «купецких, господских людей и крестьян разных вотчин». Вместе с семьями солдат и офицеров население солдатс¬кой слободы могло составить 3-4 тысячи человек.
При установлении Камер-Коллежского вала в 1740х гг. Бутырская слобода осталась за пределами Москвы, но застава на Дмит¬ровской дороге в конце Новослободской улицы получила на¬звание Бутырской. Впрочем, церковный приход был уже от¬несен к городским, а в 1767 г., когда Бутырский полк был переведен в Смоленск, слободу подчинили городской поли¬ции и приписали к Сущевской части.
В XVIII в. среди разночинного населения слободы значительную часть составляли типографские служители. В свою очередь, возросший спрос на грамотных работников содействовал тому, что в 1792 Московский университет открыл в Бутырках начальное городское училище.
Чумная эпидемия 1771 г., памятником которой здесь осталось Миусское кладбище, а также убыль остававшихся в слободе семей военнослужащих и престарелых отставных солдат, вели к сокращению населения и изменению его состава. Если в 1767 г. из 356 дворов более 70 принадлежали военнослужащим и их семьям, то уже в 1780-х гг. они полностью отсутствуют, в слободе числится 47 дворов «приказных» (то есть служащих, чиновников), 47 купеческих, 48 дворовых и 8 крестьянских (две последние категории — зависимые от помещиков люди, отпущенные на заработки в Москву). Само селение занимало небольшую территорию между современными Вятской улицей и полотном Савеловской железной дороги, а его северная граница прослеживается по 1-й Хуторской и Новодмит¬ровской улицам. Был момент после ухода Бутырского полка, когда в мало¬людном приходе в 1779 г. вместо двух священников остался лишь один, который вместе с причтом был вынужден еще и подрабатывать в Софийской церкви при Миусском кладбище. Но в XIX в. положение изменяется. Значительная часть при¬надлежавшей церкви земли сдавалась в аренду, а то и про¬давалась под поля, сенокосы, огороды, дачи, что приносило большой ежегодный доход — в 1808 г. он составил 1 435 руб¬лей. В приходе появились дома знатных владельцев — уже в конце XIX в. — князя С.Н.Долгорукого, обер-камергера П.Р. Ржевского, генерала В.И. Нелидова, княгини Шахматовой. В первой половине XIX в. по левой стороне Вятской улицы, за пределами бывшей слободы, застраивается полоса дач промышленных предприятий. Окружающая земля, относившаяся некогда к селу Рождественному-Бутыркам, составлявшая 807 деся¬тин, оставалась собственностью церкви Рождества Пресвя¬той Богородицы. Согласно показаниям священника Иоанна Петрова в 1824 г. Храму принадлежало 738 десятин 362 сажени земли. Эта земля, значившаяся еще в писцовых книгах 16 в., в 1812 г. была официально передана Храму[5]. Практически вся земля “под слободою Бутырками близ московской заставы” считалась церковной, кроме той, на которой поселились жители Бутырской слободы (53 десятины 1631 сажень). В 1833 г. Комиссия для приведения в известность частных владений на принадлежность городу за Камер-Коллежским валом установила, что Храму принадлежат 1440 сажен занимаемой им земли и еще 179 десятин вокруг него.
В 1823 г. Московское общество сельского хозяйства построило на земле церкви к северу от Бутырок опытный хутор для испытания и внедрения в России новых земледельческих орудий; плодопеременной системы земледелия. Его основателем был известный агроном Николай Николаевич Муравьев, смотрителем земледельческого хутора был назначен англичанин Рожер. Правительство пожертвовало Обществу для этой работы 265 десятин земли, отмежевав ее у церкви Рождества Пресвятой Богородицы по прямой линии с запада на восток на уровне северной окраины Бутырской слободы. На базе Бутырского хутора обществом была организована земледельческая школа под руководством профессора Московского университета Михаила Григорьевича Павлова. Кроме штатных работников и учащихся, при школе ежегодно находились 40-60 молодых крестьян, направленных помещиками для обучения земледелию. Их силами обрабатывались обширные поля Бутырского хутора, простиравшиеся от современного Огородного проезда до Соломенной сторожки и Петровско-Разумовского проезда. Наряду с естественно-испытательной и учебной работой Общество уделяло внимание пропаганде сельского хозяйства. В 1846 г. в усадьбе Бутырского хутора была организована первая в истории России сельскохозяйственная выставка. Инициатива Общества сыграла не последнюю роль в создании поблизости, в имении Петровско-Разумовском, сельскохозяйствен¬ного института (теперь Тимирязевская сельскохозяйственная Академия). На полях Бутырского хутора проходили испыта¬ния различной техники, в том числе электроплуга. Общество сдавало в аренду отведенные ему земли. Уже в 1860-х гг. на окраинах владений Бутырского ху¬тора появляются отдельные дачи, дома частных огородни¬ков. А вдоль границы с Бутырской слободой в начале XX в. протянулись две линии дачной застройки, получившие назва¬ния Царский проезд и Царская улица (теперь 1-я и 2-я Хутор¬ские улицы).
В свою очередь, причт церкви Рождества перемежевал всю принадлежавшую ему землю, сдававшуюся прежде в арен¬ду, разделил ее на равные прямоугольные участки и пустил в продажу под частную застройку или сдачу в аренду. Согласно документам начала 20 в., границы земли, принадлежащей храму Рождества Богородицы, простирались от Петровско-Разумовского проезда и села Зыкова (современная ул. Красноармейская) до сел Марфино, Останкино и деревни Марьино (современный р-н метро ВДНХ). Также земля храма граничила с опытным хутором Московского общества сельского хозяйства[6]. На плане 1913 г. указаны границы земли непосредственно вокруг храма — они были расположены вдоль улиц Богородицкой, Бутырской, Нижней Масловки. Непосредственно рядом с Храмом, между ул. Большой Бутырской, пер. Безымянным, ул. Панской располагались сад, пруд, погост, дом причта, народное училище[7]. В 1886-87 гг. в богадельне для престарелых женщин ее основатель Р.Н. Внуков устраивает Храм Покрова Пресвятой Богородицы[8]. Храм же Рождества благоустраивается — в нем появляется водяное отопление[9].
В конце XIX — начале XX вв. на месте прежних полей и огородов в Бутырской слободе появились улицы — Сергиевский проезд, Башиловка (продолжившая Старую Башиловку), Церковный проезд, Пресненская улица (на ее месте находился исток речки Пресни), 1-я и 2-я Церковные улицы, а в поперечном направлении — улицы Писцовая, Рождественская, Богородицкая (последние позже переименованы во 2-ю и 1-ю Квесисские). По церкви Митрофания Воронежского, построенной на средства известного благотворителя, владельца усадьбы в Ховрине, московского первой гильдии купца М.С. Грачева, получил название Митрофаньевский переулок.
По внешнему облику в XIX в. Бутырская слобода не отличалась от любого села: она была сплошь застроена деревянными домами об одной комнате, и только в четырех домах до 2 и 3 комнаты. После 1812г. застройка улучшилась, но осталась одноэтажной. Разнообразие вносили только господские дома и дачи. Население было представлено мелкими служащими, торговцами, ремесленниками различных специальностей. Славились бутырские булочники, производившие баранки разных размеров, от огромного «колеса» до «кро¬шечки». Состоятельных людей было не так уж много. В 1880-е гг. здесь имелось 2 постоялых двора, 4 трактира, питейная, булочная, мучная, скобяные и железные лавки. В 1898 г. в слободе (не считая дач) проживало 2 700 человек. На 450 семей приходилось лишь 107 домов, из них 901 человек (то есть подавляющее большинство взрослого населения) были связаны с заработками, среди которых на первом месте — портные, столяры, мелкие служащие в учреждениях, на фабриках и заводах. «Богатых и знатных людей в приходе Бутырской цер-кви нет, — пишет священник Храма Рождества Богородицы А.А. Ансеров в 1892 г., — дворян и чиновников сравнительно мало. Все больше мещане, цеховые и безземельные крестьяне»[10].
Между тем небольшая городская окраина, видимо по традиции, проявляет значительную активность в развитии школьного образования. Наряду с церковно-приходскими здесь возникает ряд городских училищ. В 1910 г. было организовано Общество попечения об учащихся детях Бутырско¬го района, которое устроило детскую библиотеку в помеще¬нии одного из училищ на Панской улице, площадки для детс¬ких игр в парке на Вятской улице. В читальном зале библиотеки три раза в неделю собиралось по 80-90 детей, в том числе и дошкольники, которые с удовольствием рассматривали яркие картинки в предложенных им журналах. На площадках орга¬низовывались разнообразные подвижные игры, крокет, Город-ки, собирались экскурсии в Останкино, Петровско-Разумовс¬кое, Покровское-Стрешнево, на Воробьевы горы. Детский клуб «Гнездышко» готовил спектакли-сказки, на представления ко¬торых в парке сходились порой более тысячи взрослых зри¬телей. Свыше полутора тысяч детей из 9 школ и училищ рай¬она и столько же из соседних районов Москвы были заняты во внеучебное время.
На окраине слободы в XIX в. возникло несколько крупных предприятий: парфюмерная фабрика Ралле (теперь фабрика Свобода») и шелкопрядильная фабрика анонимного обще-ства в западной части, чугунолитейный завод Листа (теперь завод «Борец») и хрустальный завод фабриканта Дютфуа — в восточной части.
В 1917-1920 гг. территория, включавшая Петровско-Разумовское, Петровское-Зыково и Всехсвятское, объединилась в Бутырский район Москвы, население которого составляло около 100 тысяч человек. Районный Совет разместился на Нижней Масловке, в доме № 49. После его реорганизации Бутырки вошли в Краснопресненский район, занимавший северо-западную территорию Москвы, затем выделившийся из него Октябрьский район, переименованный в 1940 г. в Тимирязевский.
Планировка улиц, сложившаяся к началу XX в., в основном сохранилась до нашего времени. Однако их застройка подверглась полной реконструкции. Неузнаваемо изменилась Бутырская улица в 1960-1970-х гг. Она была расширена и застроена в начале красивыми многоэтажными домами, впервые в Москве выполнявшимися на основе единого каталога строительных деталей и конструкций (руководитель проекта И.И. Ловейко). К сожалению, этот проект не был полностью реализован.
В то же время, Храм Рождества Богородицы был уничтожен самым варварским способом — между церковью и колокольней было возведено многоэтажное промышленное здание. Со стороны Бутырской улицы сохранилась только нижняя часть колокольни. В 1918-20 гг. Храм был разорен — из него изъяли церковные ценности, но часть утвари была передана, как говорится в документах, «группе верующих» в бесплатное и бессрочное пользование[11]. Тогда же была составлена полная опись имущества Храма.

________________________________________
[1] Мачульский Е.Н. «Бутырская слобода».// Северный округ Москвы. М., 1995. С. 73.
[2] Москва. 850 лет. Северный административный округ. М., 1997. С. 30.
[3] Мачульский Е.Н. Указ. соч. С. 74.
[4] Там же. С. 75.
[5] ЦИАМ, ф. 203, оп. 209, д.153, л.4.
[6] ЦИАМ, ф. 210, оп.13, д. 1287; д. 410.
[7] ЦАНТДМ, Бутырская часть, №№ 892-896н
—————-
625-627
[8] ЦИАМ. Ф.203, оп.457, д.16, лл. 1-32..
[9] Там же. Ф.952, оп.1, д.554, лл1-8.
[10] Ансеров А.А. Историческое описание церкви Рождества Богородицы что на Бутырках в г. Москве. М., 1892.
[11] ЦИАМ. Ф.203, оп.1, д.121, лл.2-5об.

Литература о слободе и Храме:
1. Акты Московских монастырей и соборов. М., 1984.
2. Ансеров А.А. Историческое описание церкви Рождества Богородицы что на Бутырках в г. Москве. М., 1892.
3. Сытин П. История Московских улиц. М., 1968.
4. Отчет общества попечения об учащихся детях Бутырского райо¬на г. Москвы за 1914 г. М., 1915.
5. Северный округ Москвы. М., 1995.
6. Москва. 850 лет. Северный административный округ. М., 1997.

Комментирование запрещено